Миссис Карпентер, новая соседка из Маплвуда, принесла ведёрко мороженого. Клубничное, Ben & Jerry's, с кусочками шоколада. Пять долларов за пинту.
«Для ваших деток, — сказала она Сарре Миллер. — В такую жару!»
Сарра поблагодарила. Поставила ведёрко в ледник (не холодильник — ледник, настоящий лёд, нарезанный зимой с пруда). Позвала детей.
Шестеро детей Миллеров сели за стол. Сарра разложила мороженое по мискам. Дети попробовали.
Бенджамин, семь лет: «Слишком сладкое». Ханна, девять: «Химией пахнет». Лэви, двенадцать: «Лучше мамино». Маленькая Рут, четыре года, съела три ложки и сказала: «Хочу молока». Обычного. Коровьего. Из-под Нелли.
Сарра доела остатки сама. (Ей понравилось. Она никому не сказала.)
Вечером Сарра сделала своё мороженое: сливки от Нелли, клубника с грядки, мёд с пасеки, лёд из ледника. Никакого рецепта — рука знает, сколько чего. Дети съели всё. Бенджамин попросил добавки. Рут облизала миску.
Когда миссис Карпентер спросила через неделю: «Как детям понравилось мороженое?» — Сарра улыбнулась: «Очень. Спасибо». Потому что правда бывает невежливой, а Сарра — никогда.